минное вооружение
Подводные лодки проекта 675 - серия советских атомных подводных лодок с крылатыми ракетами. Всего в -1968 годах было построено 29 субмарин проекта. Этот проект стал развитием ДЭПЛ проекта 651 . Проектирование АПЛ началось в ЦКБ МТ «Рубин» под руководством главного конструктора П. П. Пустынцева .
Конструкция
Корпус
Проект предусматривал двухкорпусную конструкцию лодки и разделение прочного корпуса на 10 отсеков:
- Носовой торпедный отсек;
- Жилой/аккумуляторный отсек;
- Пост управления ракетами;
- Центральный пост;
- Дизель-генераторный отсек;
- Реакторный отсек;
- Турбинный отсек;
- Отсек электромоторов;
- Жилой отсек
- Кормовой торпедный отсек.
Представители
Было построено 29 субмарин проекта 675, из них 16 - на «Севмаш » . Подлодки несли службу в составе Северного и Тихоокеанского флотов. Некоторые камчатские лодки несли боевое дежурство в Индийском океане.
Современный статус
Аварии и происшествия
К-56
14 июня 1973 года в 1 ч. ночи вблизи мыса Поворотный в заливе Петра Великого произошло столкновение гвардейской атомной подводной лодки Тихоокеанского флота К-56 с научно-исследовательским судном «Академик Берг». Лодка (на которой находилось 1,5 экипажа, экипаж К-23 сдавал свою боевую задачу) шла в надводном положении, возвращаясь после успешного выполнения стрельб. Погибли 27 человек, из них 16 офицеров, 5 мичманов, 5 матросов, один гражданский специалист из Ленинграда. Спаслись около 140 человек. Памятник погибшим морякам установлен в г. Фокино (б. поселок Тихоокеанский).
К-431
Напишите отзыв о статье "Подводные лодки проекта 675"
Примечания
Ссылки
|
||||||||||||||||||||
Отрывок, характеризующий Подводные лодки проекта 675
Во время своего выздоровления Пьер только понемногу отвыкал от сделавшихся привычными ему впечатлений последних месяцев и привыкал к тому, что его никто никуда не погонит завтра, что теплую постель его никто не отнимет и что у него наверное будет обед, и чай, и ужин. Но во сне он еще долго видел себя все в тех же условиях плена. Так же понемногу Пьер понимал те новости, которые он узнал после своего выхода из плена: смерть князя Андрея, смерть жены, уничтожение французов.Радостное чувство свободы – той полной, неотъемлемой, присущей человеку свободы, сознание которой он в первый раз испытал на первом привале, при выходе из Москвы, наполняло душу Пьера во время его выздоровления. Он удивлялся тому, что эта внутренняя свобода, независимая от внешних обстоятельств, теперь как будто с излишком, с роскошью обставлялась и внешней свободой. Он был один в чужом городе, без знакомых. Никто от него ничего не требовал; никуда его не посылали. Все, что ему хотелось, было у него; вечно мучившей его прежде мысли о жене больше не было, так как и ее уже не было.
– Ах, как хорошо! Как славно! – говорил он себе, когда ему подвигали чисто накрытый стол с душистым бульоном, или когда он на ночь ложился на мягкую чистую постель, или когда ему вспоминалось, что жены и французов нет больше. – Ах, как хорошо, как славно! – И по старой привычке он делал себе вопрос: ну, а потом что? что я буду делать? И тотчас же он отвечал себе: ничего. Буду жить. Ах, как славно!
То самое, чем он прежде мучился, чего он искал постоянно, цели жизни, теперь для него не существовало. Эта искомая цель жизни теперь не случайно не существовала для него только в настоящую минуту, но он чувствовал, что ее нет и не может быть. И это то отсутствие цели давало ему то полное, радостное сознание свободы, которое в это время составляло его счастие.
Он не мог иметь цели, потому что он теперь имел веру, – не веру в какие нибудь правила, или слова, или мысли, но веру в живого, всегда ощущаемого бога. Прежде он искал его в целях, которые он ставил себе. Это искание цели было только искание бога; и вдруг он узнал в своем плену не словами, не рассуждениями, но непосредственным чувством то, что ему давно уж говорила нянюшка: что бог вот он, тут, везде. Он в плену узнал, что бог в Каратаеве более велик, бесконечен и непостижим, чем в признаваемом масонами Архитектоне вселенной. Он испытывал чувство человека, нашедшего искомое у себя под ногами, тогда как он напрягал зрение, глядя далеко от себя. Он всю жизнь свою смотрел туда куда то, поверх голов окружающих людей, а надо было не напрягать глаз, а только смотреть перед собой.
Он не умел видеть прежде великого, непостижимого и бесконечного ни в чем. Он только чувствовал, что оно должно быть где то, и искал его. Во всем близком, понятном он видел одно ограниченное, мелкое, житейское, бессмысленное. Он вооружался умственной зрительной трубой и смотрел в даль, туда, где это мелкое, житейское, скрываясь в тумане дали, казалось ему великим и бесконечным оттого только, что оно было неясно видимо. Таким ему представлялась европейская жизнь, политика, масонство, философия, филантропия. Но и тогда, в те минуты, которые он считал своей слабостью, ум его проникал и в эту даль, и там он видел то же мелкое, житейское, бессмысленное. Теперь же он выучился видеть великое, вечное и бесконечное во всем, и потому естественно, чтобы видеть его, чтобы наслаждаться его созерцанием, он бросил трубу, в которую смотрел до сих пор через головы людей, и радостно созерцал вокруг себя вечно изменяющуюся, вечно великую, непостижимую и бесконечную жизнь. И чем ближе он смотрел, тем больше он был спокоен и счастлив. Прежде разрушавший все его умственные постройки страшный вопрос: зачем? теперь для него не существовал. Теперь на этот вопрос – зачем? в душе его всегда готов был простой ответ: затем, что есть бог, тот бог, без воли которого не спадет волос с головы человека.
Пьер почти не изменился в своих внешних приемах. На вид он был точно таким же, каким он был прежде. Так же, как и прежде, он был рассеян и казался занятым не тем, что было перед глазами, а чем то своим, особенным. Разница между прежним и теперешним его состоянием состояла в том, что прежде, когда он забывал то, что было перед ним, то, что ему говорили, он, страдальчески сморщивши лоб, как будто пытался и не мог разглядеть чего то, далеко отстоящего от него. Теперь он так же забывал то, что ему говорили, и то, что было перед ним; но теперь с чуть заметной, как будто насмешливой, улыбкой он всматривался в то самое, что было перед ним, вслушивался в то, что ему говорили, хотя очевидно видел и слышал что то совсем другое. Прежде он казался хотя и добрым человеком, но несчастным; и потому невольно люди отдалялись от него. Теперь улыбка радости жизни постоянно играла около его рта, и в глазах его светилось участие к людям – вопрос: довольны ли они так же, как и он? И людям приятно было в его присутствии.
Прежде он много говорил, горячился, когда говорил, и мало слушал; теперь он редко увлекался разговором и умел слушать так, что люди охотно высказывали ему свои самые задушевные тайны.
Княжна, никогда не любившая Пьера и питавшая к нему особенно враждебное чувство с тех пор, как после смерти старого графа она чувствовала себя обязанной Пьеру, к досаде и удивлению своему, после короткого пребывания в Орле, куда она приехала с намерением доказать Пьеру, что, несмотря на его неблагодарность, она считает своим долгом ходить за ним, княжна скоро почувствовала, что она его любит. Пьер ничем не заискивал расположения княжны. Он только с любопытством рассматривал ее. Прежде княжна чувствовала, что в его взгляде на нее были равнодушие и насмешка, и она, как и перед другими людьми, сжималась перед ним и выставляла только свою боевую сторону жизни; теперь, напротив, она чувствовала, что он как будто докапывался до самых задушевных сторон ее жизни; и она сначала с недоверием, а потом с благодарностью выказывала ему затаенные добрые стороны своего характера.
«Говорить про скрытность первых советских АПЛ было просто бессмысленно. Американцы дали им унизительное прозвище «ревущие коровы». Погоня советских инженеров за другими характеристиками лодок (скоростью, глубиной погружения, мощностью вооружения) ситуацию не спасала. Самолёт, вертолёт или торпеда всё равно оказывались быстрей. А лодка, будучи обнаруженной, превращалась в «дичь», не успев стать «охотником».
«Задача обесшумливания советских подлодок в восьмидесятых годах решаться начала. Правда, они всё равно оставались в 3—4 раза шумнее американских АПЛ типа «Лос-Анджелес».
Вот такие высказывания постоянно встречаются в российских журналах и книгах, посвященных отечественным атомным подводным лодкам (АПЛ). Взята эта информация не из каких-либо официальных источников, а из американских и английских статей. Именно поэтому ужасная шумность советских/российских АПЛ и есть один из мифов США.
Следует отметить, что с проблемами шумности столкнулись не только советские кораблестроители, и если нам удалось сразу создать боевую АПЛ, способную нести службу, то у американцев проблемы с первенцем оказались серьезнее. «Наутилус» имел множество «детских болезней», что так характерны для всех экспериментальных машин. Его двигатель выдавал такой уровень шума, что сонары - главное средство ориентирования под водой - практически глохли. В результате во время похода в Северных морях в районе о. Шпицберген, эхолокаторы «проглядели» дрейфующую льдину, которая повредила единственный перископ. В дальнейшем американцы развернули борьбу за снижение шумности. Для достижения этого они отказались от двухкорпусных лодок, перейдя к полуторокорпусным и однокорпусным, пожертвовав при этом важными характеристиками субмарин: живучестью, глубиной погружения, скоростью хода. В нашей стране строили двухкорпусные. Но были ли советские конструкторы не правы,а двухкорпусные АПЛ столь шумными, что их боевое применение стало бы бессмысленным?
Было бы, конечно, хорошо взять данные по шуму отечественных и зарубежных АПЛ и их сравнить. Но, сделать это невозможно, потому что официальная информация по данному вопросу до сих пор считается секретной (достаточно вспомнить линкоры Айовы, по которым реальные характеристики были раскрыты только по прошествии 50 лет). По американским лодкам вообще нет никакой информации (а если она появится, то относиться к ней следует столь же осторожно, как к информации о бронировании ЛК Айова). По отечественным АПЛ иногда встречаются разрозненные данные. Но что это за информация? Вот четыре примера из разных статей:
1) При проектировании первой советской АПЛ создавался комплекс мер по обеспечению акустической скрытности…… Однако амортизаторы для главных турбин создать так и не удалось. В результате подводная шумность АПЛ пр. 627 на повышенных скоростях возрастала до 110 децибел.
2) ПЛАРК 670-го проекта имела очень низкий для того времени уровень акустической заметности (среди советских атомоходов второго поколения данная подлодка считалась самой малошумной). Её шумность на полном ходу в ультразвуковом диапазоне частот была менее 80, в инфразвуковом - 100, в звуковом - 110 децибел.
3) При создании АПЛ третьего поколения удалось достигнуть снижения шумности по сравнению с лодками предыдущего поколения на 12 Децибел, или в 3,4 раза.
4) Начиная с 70-х годов прошлого века АПЛ снижали свою шумность в среднем на 1 дБ в два года. Только за последние 19 лет - с 1990 года по настоящее время - средняя шумность АПЛ США снизилась в десять раз, с 0,1 Па до 0,01 Па.
Сделать какой-либо вменяемый и логичный вывод по этим данным об уровне шума в принципе невозможно. Поэтому нам остается один путь - проанализировать реальные факты службы. Вот наиболее известные случаи из службы отечественных АПЛ.
1) В ходе автономного похода в Южно-Китайском море 1968 г. подлодка К-10 из числа первого поколения атомных ракетоносцев СССР (675 проект), получила приказ на перехват авианосного соединения ВМС США. Авианосец «Энтерпрайз» прикрывал ракетный крейсер «Лонг-Бич», фрегаты и корабли обеспечения. В расчетной точке капитан 1 ранга Р. В. Мазин вывел субмарину через оборонительные рубежи американского ордера прямо под дно «Энтерпрайза». Прикрываясь шумом винтов исполинского корабля, подводная лодка сопровождала ударное соединение тринадцать часов. За это время были отработаны учебные торпедные атаки по всем вымпелам ордера и сняты акустические профили (характерные шумы различных судов). После чего К-10 успешно покинула ордер и на дистанции отработала учебную ракетную атаку.В случае реальной войны все соединение было бы уничтожено на выбор: конвенциональными торпедами или ядерным ударом. Интересно отметить, что американские специалисты оценивали проект 675 крайне низко. Именно эти подлодки они окрестили «Ревущими коровами». И именно их не смогли обнаружить корабли авианосного соединения США. Лодки 675-го проекта использовались не только для слежения за надводными кораблями, но иногда «портили жизнь» и американским атомоходам, несшим дежурство. Так, К-135 в 1967 году в течении 5,5 часов осуществляла непрерывное слежение за ПЛАРБ «Патрик Генри», оставаясь не обнаруженной сама.
2) В 1979 г. во время очередного обострения советско-американских отношений, АПЛ К-38 и К-481 (пр.671) осуществляли несение боевой службы в Персидском заливе, где в тот период находилось до 50 кораблей ВМС США. Поход продолжался 6 месяцев. Участник похода А.Н. Шпорко докладывал, что советские АПЛ действовали в персидском заливе весьма скрытно: если ВМС США их кратковременно и обнаруживали, то не могли правильно классифицировать, а тем более организовать преследование и отработать условное уничтожение. Впоследствии эти выводы были подтверждены данными разведки. В то же время слежение за кораблями ВМС США осуществлялось на дальности применения оружия и в случае получения приказа они были бы отправлены на дно с вероятностью близкой к 100%
3) В марте 1984 года США и Южная Корея проводили свои очередные ежегодные военно-морские учения Team Spirit.. В Москве и Пхеньяне внимательно следили за учениями. Для наблюдения за американской авианосной ударной группой, состоящей из авианосца Kitty Hawk и семи боевых кораблей США была отправлены торпедная атомная подводная лодка К-314 (пр.671, это второе поколение АПЛ, также упрекаемое за шумность) и шесть боевых кораблей. Через четыре дня К-314 удалось обнаружить авианосную ударную группу ВМС США. Наблюдение за авианосцем проводилось в течение последующих 7 суток, затем после обнаружения советской АПЛ, авианосец зашел в территориальные воды Южной Кореи. "К-314" оставалась вне территориальных вод.
Потеряв гидроакустический контакт с авианосцем, лодка под командованием капитана 1-го ранга Владимира Евсеенко продолжила поиск. Советская субмарина направилась в предполагаемую точку нахождения авианосца, но его там не оказалось. Американская сторона хранила радиомолчание.
21 марта советская субмарина обнаружила странные шумы. Для выяснения обстановки лодка всплыла на перископную глубину. На часах было начало одиннадцатого. По словам Владимира Евсеенко, было замечено несколько американских кораблей, которые шли навстречу. Было принято решение погружаться, но было поздно. Незамеченный экипажем подводной лодки авианосец с выключенными ходовыми огнями двигался со скоростью около 30 км/ч. К-314 находилась впереди Kitty Hawk. Произошел удар, за ним еще один. Сначала команда решила, что повреждена рубка, но при проверке воду в отсеках не обнаружили. Как выяснилось, при первом столкновении был погнут стабилизатор, при втором был поврежден винт. Ей на помощь был выслан огромный буксир «Машук». Лодку отбуксировали в бухту Чажма, в 50 км к востоку от Владивостока, где ей предстояло пройти ремонт.
Для американцев столкновение было также неожиданным. По их словам, после удара они увидели удаляющийся силуэт подводной лодки без навигационных огней. Были подняты два американских противолодочных вертолета SH-3H. Сопроводив советскую подводную лодку, они не обнаружили у нее каких-либо видимых серьезных повреждений. Тем не менее, при ударе у подводной лодки был выведен из строя гребной винт, и она стала терять скорость. Винтом был поврежден и корпус авианосца. Оказалось, что его днище было пропорото на 40 м. К счастью, никто в этом инциденте не пострадал. Kitty Hawk был вынужден отправиться на ремонт на военно-морскую базу Субик-Бей на Филиппинах перед тем, как вернуться в Сан-Диего. При осмотре авианосца был обнаружен застрявший в корпусе фрагмент винта К-314, а также куски звукопоглощающего покрытия подводной лодки. Учения были свернуты.Происшествие наделало немало шума: в американской прессе активно обсуждалось, как подводная лодка смогла подплыть незамеченной на столь близкое расстояние к авианосной группе ВМС США проводящей учения, в том числе с противолодочной направленностью.
4) Зимой 1996 года в 150 милях от Гебридских островов. Посольство России в Лондоне 29 февраля обратилось к командованию ВМС Великобритании с просьбой оказать помощь члену экипажа подлодки 671РТМ (шифр «Щука», второе поколение+), который перенес на борту судна операцию по удалению аппендицита, с последующим перитонитом (его лечение возможно только в условиях стационара). Вскоре больного вертолетом «Линкс» с миноносца «Глазго» перенаправили на берег. Однако британские СМИ не столько умилялась проявлению военно-морского сотрудничества между Россией и Великобританией, сколько выражали недоумение по поводу того, что во время того как в Лондоне велись переговоры, в Северной Атлантике, в том районе, где находилась подводная лодка ВМФ России, проходили натовские противолодочные маневры (кстати, в них участвовал и ЭМ «Глазго»). Но атомоход удалось засечь лишь после того как он сам всплыл на поверхность для передачи матроса на вертолет. По словам газеты «Таймс», русская подлодка продемонстрировала свою скрытность при осуществлении слежения за противолодочными силами, ведущими активный поиск. Примечательно, что англичане в официальном заявлении сделанном для СМИ первоначально отнесли «Щуку» к более современному (более малошумному) проекту 971, и только после признали, что не смогли заметить по их же утверждениям шумную советскую лодку пр. 671РТМ.
5) В одном из полигонов СФ недалеко от Кольского залива 23 мая 1981 года произошло столкновение советской АПЛ K-211 (ПЛАРБ 667-БДР) и американской подлодкой типа «Стёрджен». Американская подводная лодка протаранила своей рубкой кормовую часть K-211, во время отработки ей элементов боевой подготовки. Американская субмарина не всплыла в районе столкновения. Однако в районе английской базы ВМФ Холи-Лох через несколько суток появилась американская атомная подлодка с ярко выраженным повреждением рубки. Наша подлодка всплыла, и пришла в базу своим ходом. Здесь субмарину ожидала комиссия, которая состояла из специалистов промышленности, флота, проектанта и науки. К-211 была поставлена в док, и там во время осмотра были обнаружены пробоины в двух кормовых цистернах главного балласта, повреждение горизонтального стабилизатора и лопастей правого винта. В повреждённых цистернах нашли болты с потайными головками куски плекса и металла от рубки субмарины ВМФ США. Более того, комиссии по отдельным деталям удалось установить, что советская субмарина столкнулась именно с американской подлодкой типа «Стёрджен. Огромные ПЛАРБ пр 667 как и все ПЛАРБ не был предназначен для резких маневров, от которых не могла бы увернуться американская АПЛ, поэтому единственное объяснение данного происшествия это то, что «Стерджент», не видел и даже не подозревал о нахождении в непосредственной близости К-211. Следует отметить, что лодки типа «Стерджен предназначались именно для борьбы с подводными лодками и несли соответствующие современное поисковое оборудование.
Следует отметить, что столкновения подводных лодок не так уж редки. Последним для отечественной и американской АПЛ было столкновение у острова Кильдин, в российских территориальных водах, 11 февраля 1992 года АПЛ К-276 (вступила в строй в 1982 году) под командованием капитана второго ранга И. Локтя столкнулась с американской атомной подлодкой «Батон Руж» («Лос-Анджелес»), которая осуществляя слежение за кораблями ВМФ России в районе учений, проворонила российскую АПЛ. В результате столкновения у «Краба» была повреждена рубка. Положение американской атомной субмарины оказалось более тяжелым, она с трудом сумела дойти до базы, после чего решили лодку не ремонтировать, а вывести из состава флота.
6) Пожалуй, самым ярким фрагментом в биографии судов проекта 671РТМ стало их участие в крупных операциях «Апорт» и «Атрина», проведенных силами 33-й дивизии в Атлантике и значительно поколебавшими уверенность Соединенных Штатов в возможности своего ВМФ решать противолодочные задачи.
Из Западной Лицы 29 мая 1985 года одновременно вышли три подлодки проекта 671РТМ (К-502, К-324, К-299), а также субмарина К-488 (проекта 671РТ). Позднее к ним присоединилась АПЛ проекта 671 - К-147. Разумеется, выход целого соединения атомных подлодок в океан для военно-морской разведки США не мог остаться незамеченным. Начались интенсивные поиски, но они ожидаемых результатов не принесли. При этом действующие скрытно советские атомоходы, сами следили за ракетными подводными лодками ВМФ США в районе их боевого патрулирования (например, у АПЛ К-324 было три гидроакустических контакта с АПЛ США, общей продолжительностью 28 часов. А К-147 оборудованная новейшей системой слежения за АПЛ по кильватерному следу, используя указанную систему и акустические средства, выполнила шестисуточное (!!!) слежение за американской ПЛАРБ «Симон Боливар». Кроме того субмарины изучали и тактику действия американской противолодочной авиации. Американцам удалось установить контакт только с уже возвращающейся на базу К-488. 1 июля операция «Апорт» завершилась.
7) В марте-июне 87-го года провели близкую по размаху операцию «Атрина», в которой участвовало пять субмарин проекта 671РТМ — К-244 (под командованием капитана второго ранга В. Аликова), К-255 (под командованием капитана второго ранга Б.Ю. Муратова), К-298 (под командованием капитана второго ранга Попкова), К-299 (под командованием капитана второго ранга Н.И. Клюева) и К-524 (под командованием капитана второго ранга А.Ф. Смелкова). Хотя о выходе атомных подлодок из Западной Лицы американцы узнали, они потеряли суда в Северной Атлантике. Вновь началась «подводная охота», к которой привлекли практически все противолодочные силы американского Атлантического флота — самолеты берегового и палубного базирования, шесть противолодочных атомных подлодок (в дополнение к субмаринам, уже развернутым военно-морскими силами Соединенных Штатов в Атлантике), 3 мощные корабельные поисковые группы и 3 новейших судна типа «Столуорт» (корабли гидроакустического наблюдения), которые использовали мощные подводные взрывы для формирования гидроакустического импульса. К поисковой операции были привлечены корабли английского флота. По рассказам командиров отечественных подлодок, концентрация противолодочных сил была настолько большой, что казалось невозможно подвсплыть для подкачки воздуха и сеанса радиосвязи. Для американцев потерпевшим неудачу в 1985 году необходимо было вернуть себе лицо. Несмотря на то, что в район были стянуты все возможные противолодочные силы ВМС США и их союзников, атомным подводным лодкам удалось незамеченными достигнуть района Саргассова моря, где советскую «завесу» наконец обнаружили. Первые непродолжительные контакты с подлодками американцам удалось установить лишь через восемь суток после того как началась операция «Атрина». АПЛ проекта 671РТМ при этом были ошибочно приняты за ракетные подводные крейсеры стратегического назначения, что только усилило обеспокоенность военно-морского командования США и политического руководства страны (нужно напомнить, что данные события пришлись на пик «холодной войны», которая в любое время могла превратится в «горячую»). Во время возвращения на базу для отрыва от противолодочных средств американских ВМС командирам субмарин было разрешено применять секретные средства гидроакустического противодействия, до этого момента советские АПЛ успешно скрывались от противолодочных сил исключительно благодаря характеристикам самих субмарин.
Успех операций «Атрина» и «Апорт» подтвердил предположение, что военно-морские силы Соединенных Штатов при массированном использовании Советским Союзом современных атомных подлодок не смогут организовать сколько-нибудь эффективного противодействия им.
Как видим из имеющихся фактов, американские противолодочные силы не были способны обеспечить обнаружение советских АПЛ в том числе и первых поколений, и обезопасить свои ВМС от внезапного удары из глубин. А все заявления что «Говорить про скрытность первых советских АПЛ было просто бессмысленно» не имеют под собой основы.
Теперь разберем тот миф, что большие скорости, маневренность и глубина погружения не дают никаких преимуществ. И вновь обратимся к известным фактам:
1) В сентябре-декабре 1971 г. советская атомная субмарина проекта 661 (номер К-162) совершала свой первый поход на полную автономность с боевым маршрутом от Гренландского моря до Бразильской впадины.В октябре подлодка встала на перехват авианосного ударного соединения ВМС США, во главе которого шел авианосец «Саратога». Субмарину смогли засечь на кораблях прикрытия и попытались отогнать. В обычных условиях засечка подводной лодки означала бы срыв боевой задачи, но только не в этом случае. К-162развивала скорость свыше 44 узлов в подводном положении. Попытки отогнать К-162, или оторваться на скорости не имели успеха. Шансов у «Саратоги» при максимуме хода в 35 узлов не было никаких. В ходе многочасовой погони советская подлодка отработала учебные торпедные атаки и несколько раз выходила на выгодный ракурс для пуска ракет «Аметист». Но самое интересное, что подводный крейсер маневрировал столь быстро, что американцы были уверены, что их преследует «волчья стая» - группа субмарин. Что это значит? Это говорит о том, что появление лодки в новом квадрате было для американцев столь неожиданным, а точнее неожидаемым, что они считали это контактом с новой ПЛ. Следовательно в случае боевых действий поиск и нанесение ударов на поражение американцы производили бы совершенно в другом квадрате. Таким образом не уйти от атаки, ни уничтожить субмарину при наличии высокой скорости АПЛ практически невозможно.
2) Вначале 1980-х гг. одной из атомных подлодок СССР, которая действовала в Северной Атлантике, был установлен своеобразный рекорд, она в течение 22 часов следила за атомоходом «потенциального противника», находясь в кормовом секторе объекта слежения. Несмотря на все попытки командира натовской подлодки изменить ситуацию, сбросить «с хвоста» противника не удалось: слежение прекратили только после того как командир советской субмарины получил с берега соответствующие приказания. Этот случай произошел с атомной подводной лодкой 705-го проекта — пожалуй самым неоднозначным и ярким судном в истории советского подводного кораблестроения. Этот проект заслуживает отдельной статьи. АПЛ пр.705 имели максимальную скорость хода, которая сопоставима со скоростью универсальных и противолодочных торпед «потенциальных противников», но главное, благодаря особенностям энергоустановки (не требовался спец. переход на повышенные параметры главной энергоустановки при увеличении скорости, как это было на субмаринах с водоводяными реакторами), были способны развить полный ход за минуты, имея практически «самолетные» разгонные характеристики. Значительная скорость позволяла за короткое время зайти в «теневой» сектор подводного или надводного корабля, даже если «Альфа» предварительно была обнаружена гидроакустиками противника. По воспоминаниям контр-адмирала Богатырева, в прошлом являвшегося командиром К-123 (проект 705К), субмарина могла развернуться «на пятачке», что особенно важно во время активного слежения «неприятельской» и своей подлодок друг за другом. «Альфа» не давала возможности другим подлодкам зайти себе в курсовые кормовые углы (то есть в зону гидроакустической тени), которые особо благоприятны для осуществления слежения и нанесения внезапных торпедных ударов.
Высокие маневренные и скоростные характеристики атомной подводной лодки проекта 705 дали возможность отработать эффективные маневры уклонения от торпед противника с дальнейшей контратакой. В частности, подлодка могла на максимальной скорости осуществить циркуляцию на 180 градусов и уже спустя 42 секунды начать движение в обратном направлении. Командиры атомных подлодок проекта 705 А.Ф. Загрядский и А.У. Аббасов говорили что, подобный маневр давал возможность при постепенном наборе скорости до максимальной и одновременном выполнении разворота с изменением глубины заставлять противника следящего за ними в режиме шумопеленгования терять цель, а советской атомной подлодке — заходить «в хвост» противника «по истребительному».
АПЛ К-278 Комсомолец
3) 4 августа 1984 атомная подводная лодка К-278 «Комсомолец», совершила небывалое в истории мирового военного мореплавания погружение - стрелки ее глубиномеров сначала замерли на 1000-метровой отметке, а потом пересекли ее. К-278 совершила плавание и маневрирование на глубине 1027м, а на глубине 1000 метров произвела торпедную стрельбу. Журналистам это кажется обычной блажью советских военных и конструкторов. Им непонятно зачем нужно достижение таких глубин, если американцы в то время ограничились 450 метрами. Для этого надо знать океанскую гидроакустику. Увеличение глубины снижает возможность обнаружения не линейно. Между верхним, сильно прогретым слоем океанской воды и нижним, более холодным, лежит так называемый слой температурного скачка. Если, скажем, источник звука находится в холодном плотном слое, над которым расположен теплый и менее плотный слой, звук отражается от границы верхнего слоя и распространяется только в нижнем холодном слое. Верхний слой в этом случае представляет собой «зону молчания», «зону тени», в которую не проникает шум от гребных винтов подводной лодки. Простые шумопеленгаторы надводного противолодочного корабля не в состоянии будут ее нащупать, и подводная лодка может чувствовать себя в безопасности. Таких слоев в океане может быть несколько, и каждый слой дополнительно скрывает субмарину. Еще больший скрывающий эффект имеет ось земного звукового канала ниже которой находилась рабочая глубина К-278. Даже американцы признавали, что обнаружить АПЛ на глубине от 800 м и более невозможно никакими средствами. Да и противолодочные торпеды не рассчитаны на такую глубину. Таким образом К-278 идущая на рабочей глубине была невидима и неуязвима.
Возникают ли после этого вопросы о важности максимальных скоростей, глубины погружения и маневренности для субмарин?
А теперь приведем заявления официальных лиц и учреждений, которые почему-то отечественные журналисты предпочитают игнорировать.
По данным ученых из МФТИ приведенным в труде «Будущее стратегических ядерных сил России:дискуссия и аргументы»(изд. Долгопрудный, 1995).ю даже при самых благоприятных гидрологических условиях (вероятность их возникновения в северных морях не более 0,03) АПЛ пр. 971 (для справки: серийное строительство началось в далеком 1980 году) могут обнаруживаться американскими АПЛ «Лос Анджелес» с ГАКAN/BQQ-5 на дальностях не более 10 км. При менее благоприятных условиях (т.е. при 97% погодных условий в северных морях) обнаружить российские АПЛ невозможно.
Имеется и заявление видного американского военно-морского аналитика Н.Полморана сделанное на слушаньях в комитете по национальной безопасности палаты представительства конгресса США: «Появление русских лодок 3-го поколения продемонстрировало, что советские кораблестроители ликвидировали разрыв в шумности гораздо раньше, чем мы могли себе предположить. По данным ВМС США, на оперативных скоростях порядка 5-7 узлов шумность русских лодок 3-го поколения, фиксировавшаяся средствами гидроакустической разведки США, была ниже шумности наиболее совершенных АПЛ ВМС США типа Improved Los Angeles»
По словам начальника оперативного отдела ВМС США адмирала Д.Бурда (Jeremi Boorda)сделанного в 1995году, американские корабли не в состоянии сопровождать российские АПЛ третьего поколения на скоростях 6-9 узлов.
Вероятно, этого достаточно, чтобы утверждать, что российские «ревущие коровы» в состоянии выполнить стоящие перед ними задачи при любом противодействии противника.
В ОКБ В.Н. Челомея на базе комплекса П-5, предназначенного для стрельбы по береговым целям, был разработан противокорабельный комплекс П-6. Работы по созданию противокорабельного оружия с системой конечного самонаведения начались в нашей стране еще в 1948 году, однако дальность стрельбы первых ПКР не превышала нескольких десятков километров. В то же время основные надводные цели - авианосцы ВМС США - имели глубину всепогодной и всесуточной противовоздушной (противоракетной) обороны порядка 150-200 км. С появлением в начале 60-х годов на вооружении новых истребителей-перехватчиков F-4 “Фантом”, оснащенных всеракурсными ракетами класса воздух-воздух AIM-7 “Спэрроу”, а также палубных самолетов ДРЛО Е-2А “Хоукай”, глубина обороны должна была возрасти до 250- 300 км. В качестве ответной меры это требовало и создания противокорабельных ракет нового поколения, имеющих большую (порядка нескольких сотен километров) дальность.
Исследовательские работы по формированию облика противокорабельных ракет большой дальности начались в подмосковном Реутово под руководством В.Н. Челомея еще в 1956 году. Крылатая ракета, входящая в состав комплекса, должна была иметь максимальную дальность стрельбы более 300 км, что обеспечивало возможность поражения авианосных ударных групп и соединений противника без входа в зону его противолодочной и противокорабельной обороны. ПКР должна была комплектоваться системой управления, обеспечивающей поражение надводных целей практически всех классов, ядерной и осколочно-фугасной боевыми частями большой мощности.
Корабельная и ракетная аппаратура системы управления комплексом разрабатывались НИИ-49 (впоследствии переименованном в НПО “Гранит”), возглавляемым Н.А. Чариным.
Создание “противоавианосной” системы с использованием подводных лодок было невозможным без обеспечения надежной разведки и целеуказания в океанской зоне. Для решения этой задачи Киевским НИИ радиоэлектроники (ныне НПО “Квант”) под руководством главного конструктора И.В. Кудрявцева была создана авиационная разведывательная система “Успех”, размещенная на специально разработанных носителях Ту-16РЦ и Ту-95РЦ (ОКБ А.Н. Туполева). На самолетах размещалась авиационная радиолокационная система обнаружения морских целей и передачи сигналов на корабли, где осуществлялась обработка данных и выдавались целеуказания ракетному комплексу.
Таким образом, в нашей стране впервые в мире создавалась разведывательно-ударная система (РУС), включающая средства разведки, ударное оружие и их носители (как морские, так и воздушные).
Корабельная автоматизированная система “Аргумент” решала задачи управления полетом нескольких ракет в залпе, а также наведения ПКР на цели при помощи радиолокационного визира. В случае обнаружения нескольких целей имелась возможность их избирательного поражения путем трансляции на борт подводной лодки с борта ракеты радиолокационного изображения цели и передачи с корабля команд о выборе конкретных целей.
Использование разведывательно-ударного комплекса осуществлялось следующим образом: подводная лодка, находящаяся в заданном районе, после получения боевого распоряжения на применение ракетного оружия, подвсплывала на перископную глубину и устанавливала связь с самолетом разведки и целеуказания, который передавал на борт ПЛАРК радиолокационную информацию о надводных целях. Эта информация отображалась на экранах пульта оператора комплекса целеуказания лодки. Командир корабля анализировал целевую обстановку и назначал цель, по которой было необходимо определить координаты (пеленг и дальность). Затем эти данные вводились в корабельную систему управления ракетным комплексом, осуществлялась оценка досягаемости оружия и ожидаемой вероятности обнаружения цели радиолокационным визиром ракеты.
На основе этой информации принималось окончательное решение на стрельбу. Лодка ложилась на боевой курс, выполняя предстартовую подготовку, после чего всплывала в надводное положение и производила ракетный залп (число ПКР в залпе - не более четырех).
Управление полетом каждой ракеты в залпе относительно плоскости стрельбы осуществлялось одним оператором по отметкам пеленга на радиолокационном индикаторе. В случае отклонения отметки о заданном направлении оператор возвращал ПКР в плоскость стрельбы. При достижении ракетой расчетной дальности (выработанной корабельной системой управления) по команде операторов включались радиолокационные визиры ракет и передатчики радиоканала для трансляции полученной визирами информации. После захвата цели радиолокационным визиром ПКР она, по команде оператора, переводилась в режим самонаведения (первоначально ракета самонаводилась лишь в горизонтальной плоскости, затем осуществлялось ее пологое пикирование и за несколько километров до цели вводился и режим самонаведения в вертикальной плоскости).
Существенным недостатком комплекса П-6 являлся надводный старт. При этом время нахождения ПЛАКР с комплексом П-6 по сравнению с лодками, имеющими на борту комплекс П-5, возросло, т. к. теперь требовалось управление с борта корабля и полетом ракеты вплоть до захвата цели ее ГСН.
Несмотря на этот очевидный недостаток, комплекс П-6 давал советскому флоту ощутимые преимущества в борьбе с крупными надводными кораблями противника. Кроме того, программа активно поддерживалась и лично Н.С. Хрущевым. В результате 17 августа 1956 г. вышло постановление СМ СССР о начале работ по созданию ПЛАРК 675-проекта, оснащенных противокорабельными ракетами П-6, а также стратегическими крылатыми ракетами П-5М, предназначенными для поражения береговых целей.
Проектирование атомохода, предназначенного для борьбы при помощи крылатых ракет с крупными надводными целями, началось в ЦКБ МТ “Рубин” под руководством главного конструктора П.П. Пустынцева. ПЛАРК предназначалась для нанесения ударов ракетами П-6 по боевым кораблям и судам противника при действиях на океанских и морских коммуникациях, а также (при помощи КР П-5М) уничтожения военно-морских баз, портов, промышленных и административных центров противника.
Конструктивно ПЛАРК проекта 675 -двухкорпусная двухзальная подводная лодка с развитыми ограждением боевой рубки и надстройкой. Прочный корпус, на большем протяжении имевший цилиндрическую форму, был выполнен из стали АК-25 толщиной 22-35 мм. Оконечности имели форму усеченных конусов.
Прочный корпус разделялся на 10 отсеков:
1 - торпедный,
2 - жилой и аккумуляторный (в нем же размещалась и кают-компания),
3 - пост управления ракетами,
4 - центральный пост,
5 - дизель-генераторный,
6 - реакторный,
7 - турбинный,
8-турбогенераторы, электродвигатели, распределительные щиты,
10 - кормовой торпедный.
Межотсечные переборки изготавливались из стали АК-25 толщиной 10 мм. При ракетной стрельбе компенсация массы стартующих ракет производилась путем приема воды в специальные цистерны замещения.
Обшивка и набор легкого корпуса были выполнены из стали ЮЗ толщиной 4-16 мм. Поверхность корпуса покрывалась противогидроакустическим покрытием.
Энергетическая установка (39.000 л. с.) включала два реактора ВМ-А (2 х 70 мВт), две паровые турбины и два главных турбозубчатых агрегата 60-Д1. Имелось два дизель-генератора ДГ-400 (дизели М-860) и два электродвигателя подкрадывания ПГ-116 (2 х 900 л. с.).
Антенна управления системы “Аргумент” размещалась в передней части рубки на поворотной мачте. Несущие излучатели крупногабаритной антенны в нерабочем положении заводились в ограждение рубки таким образом, что обтекатель, расположенный с задней стороны антенны, становился передней стенкой рубочного ограждения.
Основное вооружение лодки - восемь крылатых ракет П-6 (4К88) - размещались в контейнерах, поднимающихся в стартовое положение на угол 14°. Стрельба, как и на АПЛ 659-го проекта, была возможна лишь в надводном положении.
Ракета имела длину 10,8 м, максимальный диаметр корпуса - 0,9 м, размах крыла - 2,5 м и стартовую массу - 5300 кг. Она снабжалась маршевым ТРД 4Д48 и стартовыми твердотопливными ракетными двигателями. Диапазон дальностей стрельбы составлял 35-380 км, максимальная скорость полета соответствовала М=1,3. Полет ракеты проходил на высоте 400-7500 м, перед атакой цели ПКР снижалась на высоту 100 м.
На ПЛАРК 675-го проекта впервые в мире была реализована возможность залповой ракетной стрельбы с избирательным поражением кораблей противника, находящихся в составе соединений. Атомоход мог выполнить четырехракетный залп в течение 15 минут, два залпа - за 20- 30 минут с учетом времени, затрачиваемого на всплытие, подготовку к пуску, запуск и полет ракет до цели. Обеспечивалась возможность одновременного обстрела цели 12 ракетами П-6 с различных носителей, что позволяло преодолевать самую плотную ПВО авианосных соединений 60-х годов.
Для приема информации о целях от авиационной системы разведки и целеуказания имелась радиолокационная система “Успех-У” (прием мог осуществляться как в надводном, так и в подводном положении ПЛАРК).
Торпедное вооружение включало четыре носовых ТА калибром 533-мм (максимальная глубина стрельбы - 100 м) и два 400-мм ТА (максимальная глубина стрельбы - 250 м). Суммарный боекомплект - 20 торпед.
Главная энергетическая установка (номинальная мощность - 35.000 л. с,) по сравнению с лодками 627-го, 658-го и 659-го проектов изменению фактически не подверглась.
Подводная лодка была оснащена гидроакустическим комплексом “Арктика-М”, комплексом навигационных систем “Сила-Н-675”, гирокомпасом “Маяк”, астронавигационной системой “Лира-11” и другим оборудованием.
Строительство лодок 675-го проекта велось в Северодвинске и Комсомольске-на-Амуре. Головной северодвинский корабль - К-166 - вошел в состав Северного флота в 1963 г. Этому предшествовали государственные испытания, завершившиеся успешным выполнением четырехракетной залповой стрельбы. В дальнейшем в состав СФ и ТОФ вошли ПЛАРК 675-го проекта К-1, К-7 (с 1968 г. - К-127), К-10, К-22, К-23, К-28 (в дальнейшем - К-428), К-31 (К-431), К-34 (К-134), К-35, К-37, К-48, К-56, К-57 (К-557), К-74, К-86, К-90, К-94, К-104 (К-144), К-108, К-116, К-125, К-128, К-131, К-135, К-172, К-175, К-184 и К-189. Всего ВМФ получил 29 кораблей проекта 675.
Лодки 675-го проекта активно использовались на Северном и Тихоокеанском флотах. Они несли боевую службу в Средиземном море и Индийском океане.
В ноябре 1965 г. директивой главкома ВМФ командующему Северного флота была поставлена задача подготовить две атомные подводные лодки для перехода на ТОФ одним из южных маршрутов. Было решено выделить для участия в походе ракетоносец К-166 (командир капитан 2 ранга В.Т. Виноградов), а также торпедную лодку проекта 627А (капитан 2 ранга Л.Н. Столяров). 2 февраля 1966 г. корабли начали движение. Дистанция между кораблями, следовавшими в подводном положении, составляла 60 миль. Иногда они сближались для связи на УКВ или по каналу звукоподводной связи. 20 марта 1966 г., преодолев почти 25 тыс. миль, подводные лодки вошли в бухту Авача на Камчатке. Переход, умело поданный советской официальной пропагандой, получил большой политический резонанс. Все члены экипажей лодок были награждены орденами и медалями, а пяти участникам было присвоено звание Герой Советского Союза.
Лодки проекта 675 были одними из наиболее активно модернизировавшихся кораблей советского флота. Это в значительной степени было обусловлено быстрым совершенствованием их основного противника -авианосцев ВМС США. Ракеты П-6 были модернизированы в вариант П-6М (4К48). С 1959 г. в НИИ-49 под руководством А.П. Цветкова велись работы по созданию станции “Молния”, обеспечивающей автономное загоризонтное целеуказание за счет использования явления тропосферного рассеивания СВЧ-радиоволн. В декабре 1969 г. станция “Молния” была принята на вооружение ВМФ для установки на ПЛАРК 675-го проекта, а также на дизельные лодки проекта 651. Гидроакустический комплекс “Арктика-М” на части кораблей был заменен на более совершенный ГАК “Керчь”.
Шло совершенствование и ракетного оружия. В середине 60-х годов началась разработка нового универсального (предназначенного для размещения как на подводных лодках, так и на надводных кораблях) комплекса П-500 “Базальт”. Новая элементная база и цифровые вычислители позволили (впервые в мире) создать систему распределения целей между ракетами внутри залпа, а также оптимизировать алгоритм выбора главной цели в ордере. На ракете (также впервые) было решено установить систему радиотехнической защиты (РТЗ), разработанную Таганрогским НИИсвязи и обеспечивающую отвод зенитных ракет, а также ракет класса воздух-воздух от КР.
Ракета П-500, оснащенная маршевым ТРД и стартовыми ускорителями, имела массу 4800 кг, длину 11,7 м и диаметр корпуса 0,88 м. Она несла обычную или ядерную часть массой 500 кг, могла развивать скорость, соответствующую М=2,5 и обладала максимальной дальностью стрельбы 500 км. Для облегчения преодоления ближнего рубежа ПРО надводных кораблей она имела частичное бронирование.
В 1975 году ПКР П-500 “Базальт” была принята на вооружение ВМФ. 10 ПЛАРК 675-го проекта в 1960-70-е годы прошли модернизацию по проектам 675МК и 675МУ. Кроме новых ПКР на них была размещена аппаратура системы приема космического целеуказания “Касатка-Б”. Водоизмещение лодок возросло на 600 т
В конце 80-х годов началась модернизация ПЛАРК по проекту 675МКВ. Лодка получила новый ракетный комплекс “Вулкан”, обладающий значительно увеличенной дальностью стрельбы, а также современный гидроакустический комплекс “Керчь”.
Разработка комплекса П-1000 “Вулкан” была начата в соответствии с правительственным постановлением от 17 мая 1979 г. ПКР имела аналогичный П-500 турбореактивный двигатель, однако за счет использования более мощного стартового ускорителя, а также более современных конструкционных материалов (в частности, титановых сплавов), а также ослабления броневой защиты имела увеличенную до 700 км дальность. Для управления ракетной стрельбой корабль получил комплекс “Аргон-675КВ”.
Для обеспечения обороны от воздушного противника ПЛАРК 675-го проекта в ходе модернизации получили переносной зенитный комплекс (ПЗРК) “Стрела-ЗМ”. Водоизмещение кораблей возросло на 1000 т. Всего модернизацию по проекту 675МКВ прошло пять кораблей.
Для расширения зон действия советских подводных лодок велся поиск новых маневренных пунктов базирования. С этой целью в 1967 году в экваториальные воды Атлантики была направлена комплексная экспедиция “Прилив” под руководством адмирала Л.А. Владимирского. В ней приняла участие и АПЛ К-128 (капитан 2 ранга П.Ф. Шаров).
В 1970 году в Индийский океан для несения боевой службы была направлена первая советская атомная подводная лодка - К-7 (капитан 2 ранга ГА. Хватов). Там же эта лодка выполнила ракетные стрельбы по уголковым отражателям (для обеспечения целеуказания был задействован самолет Ту-95РЦ). В 1971 году в течение трех месяцев в Индийском океане несла службу и К-31 (капитан 2 ранга Л.П. Хоменко).
Лодки 675-го проекта использовались не только для слежения за надводными кораблями, но иногда “портили жизнь” и американским атомоходам, несшим боевое дежурство. Так, К-135 в 1967 году в течение 5,5 часов осуществляла непрерывное слежение за ПЛАРБ “Патрик Генри”.
В США, после того, как в ноябре 1960 г. был принят на вооружение комплекс БР «Polaris A1», интерес к КР как к стратегическому оружию угас. Как средство борьбы с надводными кораблями они также мало интересовали американцев, имевших мощную палубную авиацию. В нашей стране дело обстояло иначе. По целому ряду причин ей начали искать альтернативу, одной из которых и стали КР. Такой подход во многом определялся взглядами Н.С. Хрущева на вопросы развития ВМФ. Он полагал, что самолет морально устарел, и что ракетное оружие будет гораздо более эффективным средством ведения войны на море.
Если БР, оснащенные СБЧ, могли с успехом использоваться для нанесения ударов по береговым объектам, то для борьбы с движущимися морскими целями они мало годились. Прежде всего, из-за сложности обеспечения целеуказания и наведения боевой части на конечном участке траектории полета, в том числе, и при использовании МКРЦ «Легенда». Вместе с тем, сама по себе идея оказалась настолько привлекательной, что в нашей стране с середины 60-х по конец 70-х годов прошлого столетия ее пытались реализовать в комплексе Д-5 с ракетой Р-27К. Хотя результаты его испытаний сочли успешными, заказчик данной системой вооружения не заинтересовался.
В нашей стране, создавая лодочный ПКРК первого поколения, проблему целеуказания решили за счет использования морской разведывательной авиации (впоследствии, за счет уже упоминавшейся МКРЦ «Легенда»), а проблему наведения – за счет использования телеуправления и радиолокационной головки самонаведения.
В процессе развития отечественных противокорабельных ракетных комплексов оперативного назначения целеуказание так и не удалось обеспечить радиотехническими средствами носителя.
В западных ПКРК, находившихся на вооружении подводных лодок, данную проблему решили, главным образом, за счет сравнительно небольшой дальности полета ракет и совершенства самих радиотехнических средств. Возможные ошибки в распределении целей вполне компенсировались массированным применением ракет. Необходимо отметить, что зарубежные ПКРК, как правило, были универсальны по носителям. Данное обстоятельство позволяло использовать палубную или базовую авиацию не только для нанесения ударов по корабельным группировкам противника, но и для ведения разведки в интересах других носителей – надводных кораблей и подводных лодок. Несмотря на очевидный прогресс в развитии технологий, проблема избирательного наведения ПКР на цели во время нанесения удара по крупной корабельной группировке и в настоящее время остается трудно разрешимой задачей, особенно в условиях применения средств радиоэлектронной борьбы (РЭБ).
В 50-х годах прошлого столетия о непреодолимых препятствиях старались не думать, и руководство Советского Союза видело в ПКР реальную возможность достижения паритета с ВМС США. Считалось, что именно они станут наиболее эффективным средством борьбы с авианосными соединениями вероятного противника, составлявшими основу ударной мощи его флота. В первом квартале 1956 г. (т.е. за три года до принятия на вооружение П-5) в ОКБ-52 в инициативном порядке начались работы над самонаводящимся самолетом-снарядом, получившем литерное обозначение П-6. Предполагалось, что он будет являться модификацией П-5, оснащенной радиолокационной головкой самонаведения и новой БСУ. Инициативу ОКБ-52 сначала поддержал руководитель ЦКБ-18 П.П. Пустынцев, а затем и Главком ВМФ.
Как следствие, 17 августа 1956 г. вышло постановление Правительства, предусматривавшее создание двух противокорабельных ракетных комплексов с самолетами-снарядами П-35 и П-6. Первый должен был стоять на вооружении надводных кораблей и частей береговой обороны, а второй – на вооружении лодок-носителей комплекса П-5. Собственно последнее требование и предопределило конструктивные особенности каждой из этих ракет.
Изначально предполагалось получить П-6 простым внедрением на П-5 радиолокационной головки самонаведения. С целью испытаний был построен самолет-снаряд П-5РГ. Помимо головки самонаведения он имел новую БСУ. В частности, автопилот прототипа получил доплеровский измеритель пути и сноса. Кроме того, вместо барометрического был использован радиовысотомер, дозволявший более точно поддерживать заданную высоту полета самолета-снаряда.
Однако уже после первых испытаний стало очевидным, что обеспечить П-6 эффективное боевое использование, ограничившись лишь этими нововведениями, практически невозможно. С одной стороны, радиотехнические корабельные средства не позволяли обнаруживать цели на дистанции, равной дальности ее полета. С другой стороны, даже значительным образом модернизированная БСУ этого самолета-снаряда не обеспечивала требуемой точности стрельбы, и в момент выхода на заданную дальность цель могла не попасть в сектор обзора головки самонаведения.
Таким образом, проблема обеспечения целеуказания стала одной из основных в процессе разработки первого лодочного ПКРК. Для ее разрешения, П.П. Пустынцев и В.Н. Челомей сначала предложили разместить на каждом из носителей этого комплекса один или два малогабаритных беспилотных самолета-разведчика. По габаритам эти аппараты должны были быть меньше, чем ПКР П-6 и по два размещаться в штатном контейнере. Предполагалось, что они будут обнаруживать корабельные группировки противника и передавать информацию о них на носитель.
В процессе проведения проектных работ от использования беспилотных самолетов-разведчиков было решено отказаться. Задачу обеспечения целеуказания возложили на специальные самолеты берегового базирования с большим радиусом действия (Ту-95РЦ или Ту-16РЦ), а задачу наблюдения за целью, уточнения координат, передачи данных на носитель и ракеты залпа – на одну из ракет этого залпа.
Данное решение привело к необходимости размещения на корабле двух дополнительных (по сравнению с АПЛ пр. 659) антенных устройств с соответствующей аппаратурой. Первое из них называлось «Аргумент» и размещалось в носовой части ограждения рубки. Оно предназначалось для двухсторонней связи с ракетами залпа, корректировки траектории их полета и распределения между ними целей. Второе устройство – «Успех» – служило для приема целеуказания от самолетов базовой авициии, патрулировавших в районе действия АПЛ. Его антенный пост располагался на одном из ПМУ корабля.
В июне 1958 г. ЦКБ-18 выступило с предложением о разработке пр. 675 на основе дополнений к ТТЗ на пр. 659, которые вытекали из необходимости установки ПКРК П-6. Данное предложение было поддержано совместным решением ВМФ и Госкомитета Совмина по судостроению. Технический проект 675 ЦКБ-18 представило на утверждение в октябре 1958 г. Он был разработан под руководством П.П. Пустынцева и под наблюдением М.С. Фадеева, а затем В.Н. Иванова.
В отличие от базового проекта АПЛ пр. 675 вооружалась ПКРК П-6 (в случае необходимости стратегическими КР П-5Д) и имела восемь (а не шесть) ТПК, а также более длинный (на четыре метра) ПК за счет внедрения дополнительного отсека, в котором размещались системы «Аргумент» и «Успех». Кроме того, корабль должен был получить ГАК «Керчь» (вместо ГАС «Арктика-М»). Изначально предполагалось, что в двух носовых контейнерах будут храниться исключительно ПКР П-6, а в шести других – либо ракеты П-5Д, либо П-6. Во всем остальном АПЛ пр. 675 повторяла прототип и также была в высокой степени унифицирована с АПЛ пр. 658и пр. 627А. Так как к моменту принятия на вооружение ГАК «Керчь» (1967 г.) большая часть кораблей пр. 675 была уже построена, их было решено оснастить теми же гидроакустическими средствами, что и АПЛ пр. 659. «Штатное» гидроакустическое вооружение они получали в процессе средних ремонтов или модернизаций.
Основные ТТЭ
Водоизмещение, т:
– нормальное.4450
– подводное 5760
Главные размерения, м:
– длина наибольшая 115,4
– ширина корпуса наибольшая 9,3
– осадка средняя 7,9
Запас плавучести, % 27
Архитектурно-конструктивный тип двухкорпусный
Глубина погружения, м 300
Автономность, сут 90
Экипаж, чел 104
Энергетическая установка:
– тип атомная
– количество х тип (марка)ЯР 2 хВВР (ВМ-А)
– суммарная тепловая мощность ЯР, мВт 140
– количество х мощность (марка) ГТЗА, л.с. 2 х (ГТЗА-601) 17 500
– тип ТГ. навесные
– количество х мощность (марка) ТГ, кВт 2 х (ГПМ-21) 1400
– количество х тип движителей 2 хВФШ
Резервные источники энергии и средства движения:
– количество х мощность (марка) ДГ, кВт. 2 х 460 (М-820)
– тип АБ. свинцово-кислотная (38-СМ)
– количество групп АБ х элементов в группе 3 х 112
– количество х мощность ГЭД на линии вала, кВт. 2 х 450
Дальность плавания под ГЭД (со скоростью хода, уз), мили. 500 (5-6)
Скорость хода, уз:
– наибольшая надводная 14
– наибольшая подводная 23
Вооружение:
Ракетное:
– наименование комплекса П-5Д или П-6
– боезапас (тип) ПКР 8 (П-5Д или П-6)
– вид старта надводный, из поднятых РК
– система управления стрельбой и наведения на цель «Аргумент»
– система подготовки и старта «Север Д-675»
– система ЦУ по данным от самолетов. «Успех»
Торпедное:
– количество х калибр ТА, мм 4 (Н) х 533
– боезапас (тип) торпед 4 (53-65М или 53-65К)
– количество х калибр ТА, мм 2 (К) х 400
– боезапас (тип) торпед 6 (СЭТ-40 или МГТ-1)
– ПУТС «Ладога»
Радиоэлектронное:
– НК «Сила-Н-675»
– астронавигационная система «Лира-11»
– ГЛС-ШПС «Арктика-М»
– ШПС кругового обзора МГ-10
– ГЛС миноискания «Плутоний»
– ГАС ЗПС «Свияга»
– ГАС ОГС «Свет-М»
– РЛС «Альбатрос» (РЛК-101)
– КСС «Молния»
– станция опознавания «Хром-М»
– СОРС «Накат-М»
– эхолот НЭЛ-5
– радиопеленгатор АРП-53 или АВП-53Р
– перископ зенитный, с навигационным устройством ПЗНГ-10
– перископ ПР-14
26* Поступала на вооружение кораблей с ноября 1964 г. АПЛ пр. 675, вступившие в строй ранее этого срока получали эту систему в процессе проведения средних ремонтов.
27* Устанавливался на всех кораблях серии в процессе проведения среднего ремонта или модернизации вместо ГАС «Арктика-М, «Плутоний», «Свияга» и «Свет-М».
28* Устанавливался на всех кораблях серии после среднего ремонта и модернизации.
АПЛ пр. 675 была разработана ЦКБ-18 под руководством П.П. Пустынцева на базе пр. 659. Она предназначалась для нанесения ударов ПКР П-6 по движущимся надводным кораблям и судам противника при действиях на океанских и морских коммуникациях, а также КР П-5Д по береговым объектам, расположенным в глубине территории противника.
Корабль имел двухкорпусную архитектуру, с развитыми надстройкой, ограждением выдвижных устройств и боевой рубки. Прочный корпус был изготовлен из высокоуглеродистой стали АК-25 (толщиной 22-35 мм). На большей части длины он был выполнен в форме цилиндра, а в оконечностях – в виде усеченных конусов. Он делился плоскими водонепроницаемыми переборками, рассчитанными на давление 10 кг/см2 , на 10 отсеков. Легкий корпус был изготовлен из маломагнитной стали и облицован противогидролокационным покрытием.
Внешний вид АПЛ пр. 675
ЦГБ размещались в 16 цистернах. Четыре из них являлись аварийно-балластными и служили для восстановления плавучести лодки при трех затопленных контейнерах. Вентиляция всех ЦГБ раздельная. Управление кингстонами и клапанами вентиляции дистанционное при помощи гидравлических приводов. На АПЛ пр. 675 были установлены (в отсеках-убежищах) три колонки аварийного продувания ЦГБ (на прототипе она была одна – в центральном посту). Быстродействующие клапаны этих колонок были оснащены перепускным устройством, регулирующим скорость нарастания давления в трубопроводе аварийного продувания. Замещение массы выпущенных ракет производилось приемом забортной воды в специальные прочные цистерны. Конструкции прочного и наружного корпусов были рассчитаны с учетом требований противоатомной защиты.
Схема размещения прочных транспортно-пусковых контейнеров (ТПК) была, в принципе такой же, как и у прототипа. Однако они бьши сведены не в три, а в четыре парных блока (один блок в нос, один побортно и два – в корму от ограждения рубки). Каждый из блоков поднимался гидравлическими подъемниками, размещенными во втором, четвертом, шестом и восьмом отсеках. Причем каждый из контейнеров второго блока имел свои подъемник и направляющие, проходившие по ограждению рубки. ТПК оснащались: системой пожаротушения; системой внутреннего орошения; системой газоанализа воздуха контейнеров; системой вентиляции, осушения, газоочистки и поддержания давления воздуха; системой обогрева; системой наружного орошения; приборами измерения температуры и давления, а также приборами определения уровня и наличия воды. На носовой крышке ТПК располагались специальные антенна и аппаратура, позволявшие проверять работоспособность радиолокационного визира ракеты. Наружные поверхности ТПК сверху прикрывались обтекателями, образующими одно целое с обводами надстройки.
ПКРК П-6 (или П-5Д) обеспечивал возможность как одиночных пусков КР из любого контейнера, так и проведение двух четырехракетных залпов с интервалом 12 минут. При этом исключалась возможность стрельбы различными типами ракет за одно всплытие лодки. Первый залп производился из контейнеров 4-3-7-8, а второй – из контейнеров 1-6-2-5. Оба залпа осуществлялись по схеме «крест на крест через блок». Интервал между ними определялся временем предстартовой подготовки ракет второго залпа. Для старта контейнеры поднимались на угол 15°. Подъем и стопоре- ние контейнеров, открытие, закрытие и стопорение их крышек производились гидравлическими приводами. Схема старта предусматривала аварийный сброс неисправных ракет за борт с помощью их стартовых двигателей. ПЛ могла погрузиться на любом этапе предстартовой подготовки ракет после закрытия крышек всех контейнеров или с открытыми крышками трех контейнеров.
Система управления ПКРК П-6 решала задачи управления полетом ракеты и наведения ее с помощью радиолокационного визира на цели, находящиеся как в пределах геометрической видимости носителя, так и за пределами ее. В случае обнаружения нескольких целей имелась возможность их избирательного поражения путем трансляции с крылатой ракеты на ПЛ радиолокационного изображения и передачи команды с лодки на ракету о выборе цели.
Определение пеленга и дальности до цели производилось корабельной аппаратурой «Аргумент» по данным, получаемым от средств разведки и от навигационных средств ПЛ. Основная антенна системы «Аргумент» представляла собой пароболическую конструкцию, площадью около 10 м2 , с выступающими примерно на 1,5-2 м излучателями передающего тракта системы. Эта антенна размещалась в ограждении боевой рубки на поворотной мачте. В нерабочем положении антенна несколькими последовательными операциями автоматически заводилась в ограждение, а обтекатель являлся лобовой частью ограждения рубки.
29* Пневматическое управление запорным клапаном колонки аварийного продувания настолько ускоряет открытие клапана, что при перепуске воздуха в незаполненный трубопровод воздух мгновенно нагревается. В случае, если на внутренних стенках труб имеются отложения масла, может произойти взрыв масляных паров. Такие случаи имели место на АПЛ пр. 659.
Продольный разрез АПЛ пр. 675:
7 – антенны различных ГАС; 2 – носовой горизонтальный руль; 3 – 533-мм ТА; 4 – баллоны системы ВВД; 5 – носовой входной люк; 6 – якорные шпили; 7 – аварийные буи; 8-контейнер ПКРК П-6; 9 – привод гидравлического подъемника контейнера ПКРК П-6; 10-основной АП системы «Аргумент» и его привод; 11 – прочная рубка; 12 – ходовой мостик; 13 – перископ ПЗНГ-10; 14-перископ ПР-14; 15 – ПМУ АП PЛK «Альбатрос»; 16 – ПМУ АП радиопеленгатора; 17- ПМУ ВАН-С; 18-репитер гирокомпаса; 19-ПМУАП СОРС «Накат-М»; 20-ПМУ «Ива» (в заваленном положении); 21 – компенсаторы объема; 22-главный циркуляционный насос; 23 – главная паровая турбина; 24 – зубчатая передача; 25 – навесной турбогенератор; 26 – ГЭД; 27 – кормовой входной люк; 28 – запасная 400-мм торпеда; 29 – привода кормовых рулей; 30 – 400-мм ТА; 31 – ЦГБ; 32 – десятый (кормовой торпедный) отсек; 33 – кормовая дифферентная цистерна; 34 – девятый отсек; 35 – главный упорный подшипник; 36 – восьмой (электроэнергетический) отсек; 37 – седьмой (турбинный) отсек; 38 – конденсатор; 39 – парогенераторы; 40-шестой (реакторный) отсек; 41 – реакторы; 42 – пятый (вспомогательных механизмов) отсек; 43 – цистерна дизельного топлива; 44 – дизель-генератор; 45 – шахта подачи воздуха к дизель-генераторам; 46 – центральный пост; 47 – четвертый (центрального поста) отсек; 48 – группы АБ; 49 – третий (кормовой аккумуляторный и жилой отсек); 50 – каюты офицеров и мичманов; 51 – второй (носовой аккумуляторный и жилой отсек); 52 – первый (носовой торпедный и жилой) отсек; 53 – носовая дифферентная цистерна; 54 – цистерна кольцевого зазора.
В 1963-1968 гг. на ССЗ-402 (с 1966 г. СМП) и ССЗ-199 (с 1966 г. ССЗ им. Ленинского Комсомола) было построено 29 кораблей пр. 675. В процессе эксплуатации большая часть из них прошла следующие модернизации и переоборудования:
– пр. 675МУ- модернизированная ПЛ (К-28) с заменой системы «Аргумент» системой «Аргон» и системы «Успех» – системой «Успех-У», разработан в 1967 г. ЛПМБ «Рубин»;
– пр. 675К – модернизированные ПЛ (К-47 и К-125) для испытаний комплекса «Касатка-Б» системы МКРЦ, разработан в 1969 г. ЛПМБ «Рубин»;
– пр. 675МК- модернизированные ПЛ (К-23, К-56, К-57, К-94, К-104, К-128, К-175, К-184 и К-189) с заменой комплекса П-6 комплексом «Базальт», системы «Аргумент» – системой «Аргон-К», а также с установкой комплекса «Касатка-Б» системы МКРЦ (вместо системы целеуказания «Успех»), разработан в 1975 г. ЛПМБ «Рубин»;
– пр. 675МКВ – модернизированные ПЛ (К-1, К-22, К-34 и К-35) с заменой комплекса П-6 комплексом «Вулкан», системы «Аргумент» – системой «Аргон-КВ», а также с установкой комплекса «Касатка-Б» системы МКРЦ (вместо системы целеуказания «Успех»), разработан в 1980 г. ЛПМБ «Рубин»;
– пр. 675НК- переоборудованная ПЛ (К-170) в носитель сверхмалых ПЛ, разработан в 1977 г. СПМБМ «Малахит».
АПЛ пр. 675, находившаяся в заданном районе, после получения боевого распоряжения на применение ракетного оружия, всплывала на перископную глубину и устанавливала связь с самолетом разведки и целеуказания, который передавал данные о надводных целях. Эти данные вводились в корабельную систему управления ПКРК. После оценки вероятности поражения намеченной цели лодка ложилась на боевой курс, и начиналась предстартовая подготовка ПКР. Для осуществления ракетной стрельбы она всплывала в надводное положение. После подъема РК при помощи гидравлического привода на угол 15°, открывались крышки, производился запуск и вывод на полетный режим работы маршевых двигателей ракет.
Внешний вид и продольный разрез ограждения прочной рубки с развернутым в боевое положение основным АП системы «Аргумент» (слева) и внешний вид АП системы «Аргумент»
Продольный разрез АПЛ пр. 675, оснащенной ГАК «Керчь» и системой «Успех»:
1 – основные антенны ГАК «Керчь»; 2 – носовой горизонтальный руль; 3 – 533-мм ТА; 4 – баллоны системы ВВД; 5 – носовой входной люк; 6 – якорные шпили; 7 – аварийные буи; 8 – контейнер ПКРК П-6; 9 – привод гидравлического подъемника контейнера ПКРК П-6; 10 – основной АП системы «Аргумент» и его привод; 11 – прочная рубка; 12 – ходовой мостик; 13 – перископ ПЗНГ-10; 14 – ПМУ АП системы «Успех»; 15 – ПМУ АП РЛК «Альбатрос»; 16 – ПМУ АП радиопеленгатора; 17 – ПМУ ВАН-С; 18 – репитер гирокомпаса; 19 – АП СОРС «Накат-М»; 20 – ПМУ «Ива» (в заваленном положении); 21 – компенсаторы объема; 22 – главный циркуляционный насос; 23 – главная паровая турбина; 24 – зубчатая передача; 25 – навесной турбогенератор; 26 – ГЭД; 27 – кормовой входной люк; 28 – запасная 400-мм торпеда; 29 – привода кормовых рулей; 30 – 400-мм ТА; 31 – ЦГБ; 32 – десятый (кормовой торпедный) отсек; 33 – кормовая дифферентная цистерна; 34-девятый отсек; 35 – главный упорный подшипник; 36 – восьмой (электроэнергетический) отсек; 37- седьмой (турбинный) отсек; 38 – конденсатор; 39 – парогенераторы; 40 – шестой (реакторный) отсек; 41 – реакторы; 42 – пятый (вспомогательных механизмов) отсек; 43 – цистерна дизельного топлива; 44 – дизель-генератор; 45 – шахта подачи воздуха к дизель-генераторам; 46 – центральный пост; 47 – четвертый (центрального поста) отсек; 48 – группы АБ; 49 – третий (кормовой аккумуляторный и жилой отсек); 50 – каюты офицеров и мичманов; 51 – второй (носовой аккумуляторный и жилой отсек); 52 – первый (носовой торпедный и жилой) отсек; 53 – носовая дифферентная цистерна; 54 – цистерна кольцевого зазора.
После всплытия АПЛ, на предстартовую подготовку ракет первого залпа требовалось три минуты. При проведении предстартовой подготовки, лодка могла прервать ее в любой момент и начать погружение с незакрытыми крышками не более чем трех контейнеров. Продувание предусмотренных для этих целей аварийно-балластных цистерн компенсировало потерю плавучести корабля в подводном положении при плавании с затопленными контейнерами.
Стрельба осуществлялась двумя залпами по четыре ракеты с интервалом между залпами 12 минут. После старта последней ракеты в рабочее положение (на 180°) разворачивалось установленное в носовой части ограждения рубки антенное устройство системы «Аргумент». Управление полетом каждой ПКР в залпе относительно плоскости стрельбы осуществлялось одним оператором по отметкам пеленга на радиолокационном индикаторе. При достижении ракетой расчетной дальности по команде операторов включались радиолокационные визиры и передатчики радиоканала для трансляции, полученной визирами информации.
После захвата цели радиолокационным визиром ПКР, она, по команде оператора, переводилась в режим самонаведения. В случае необходимости имелась возможность избирательного поражения цели путем трансляции с ПКР на лодку радиолокационного изображения целей и передачи с корабля команды о выборе цели. После окончания режима телеуправления ПЛАРК погружалась, а ракеты спускались и на малой высоте подлетали к целям, имея с ними контакт при помощи головки самонаведения. Обеспечивалась возможность нанесения удара 12 ПКР с различных носителей. Эффективность АПЛ пр. 675 была невелика из-за надводного старта ракет, и необходимости управлять ими в полете. Кроме того, небольшое количество ПКР в залпе и большая дальность стрельбы, делали их уязвимыми от средств ПРО противника.
Одна из АПЛ пр. 675 СФ в период проведения ходовых испытаний
В 1961-1968 гг. в Молотовске (г. Северодвинск) и Комсомольске-на-Амуре было построено 29 кораблей пр. 675. Интересно то, что головная лодка серии – К-175 (зав. №171) – была заложена в Комсомольске- на-Амуре, где имелся опыт постройки АПЛ пр. 659. Однако первой ввели в строй К-166 (зав. №530), заказанную ССЗ-402. Технология постройки АПЛ пр. 675 была в Комсомольске-на-Амуре такой же, как и у кораблей пр. 659: после полного формирования корпуса, они выводились из эллинга №3 и по наклонным направляющим спускались на воду, лагом к ее урезу. В Молотовске постройка велась точно так же как и постройка АПЛ пр. 658, и на тех же технологических «нитках» цеха №50.
С началом постройки кораблей пр. 675 в ЦКБ-18 под руководством П.П. Пустын- цева начались проработки по пр. 675М. Этот корабль должен был иметь на вооружении 10 ПКР П-6, чьи ТПК предполагалось свести в четыре блока (два кормовых строенные). В качестве главной энергетической установки на нем предполагалось использовать ЖМТ новой модификации. Данные работы продолжения не получили, т.к. в середине 60-х годов предпочтение стали отдавать ПКР с подводным стартом.
1962 год август
Сформирован экипаж. После обучения включен в состав 339-й ОБрСРПЛ БелВМБ;
1963 год 11 января
Заложена на стапеле цеха №50 ПО "Севмашпредприятие" в г.Северодвинск как КрПЛ;
1964 год 26 января
1964 год 22 февраля
Произведен физический пуск реакторов;
1964 год 30 сентября
Государственной комиссией подписан акт о завершении государственных испытаний. Вступила в строй;
1964 год 4 ноября
Вошла в состав Северного флота. Зачислена в состав 11-й ДиПЛ 1-й ФлПЛ КСФ (приказ по соединению от 12.10) с базированием на губу Малая Лопаткина (Мурманская область);
1966 год 28 марта - 16 мая
1966 год 10 июля - 24 августа
Выполнила задачи автономной БС (командир - Соколов И.В.);
1966 год 22 октября - 5 декабря
Выполнила задачи автономной БС (командир - Соколов И.В.);
1967 год 2 июля - 2 сентября
Выполнила задачи автономной БС (командир - КПЛ К-47
Коломийцев С.Н., заменил командира экипажа);
1967 год
При перегрузке ракеты имел место факт аварии ракетного оружия;
1968 год июнь - 1970 год ноября
Находилась в ремонте с перезарядкой активных зон реакторов на СРЗ "Звездочка" (г.Северодвинск). Ответственный сдатчик - Никулин В.П., сдаточный механик - Гончар А.П.;
1970 год декабрь
Перечислена в состав 7-й ДиПЛ 1-й ФлПЛ КСФ с базированием на губу Малая Лопаткина (Мурманская область);
1971 год 5 апреля - 20 мая
1971 год лето (требует уточнения)
Выполнила задачи автономной БС с резервным экипажем в Северо-Восточной Атлантике и Норвежском море;
1971 год 1 октября - 19 ноября
Выполнила задачи автономной БС (командир - Калашников В.С.);
1972 год 1 мая - 20 июня
Выполнила задачи автономной БС (командир - Калашников В.С.). Во время БС в составе отряда кораблей под общим командованием кап.1р. Калинина А.М. (БПК "Севастополь", ЭМ "Скромный") совершила визит в порт Сьенфуэгос (Куба);
1972 год
Выполнила ракетный залп 8-ю ракетами П-5Д;
1972 год осень (требует уточнения)
Выполнила задачи автономной БС с резервным экипажем;
1973 год
В составе дивизии перебазирована в губу Нерпичья (Западная Лица);
1973 год 30 июня - 27 сентября
Выполнила задачи автономной БС со 2-м экипажем К-128 (с 29.09.1973 461-й экипаж, командир - Дмитриев Ю.). В составе отряда кораблей ВМФ СССР БПК проекта 1134А "Адмирал Исаков", БПК проекта 57А "Дерзкий", ПЛАРК
проекта 675 К-1
, ПЛ проекта 641, ПБПЛ проекта 1886 и 1 танкер совершила поход на Кубу. При следовании на Кубу 20.08.1973 в Карибском море на глубине 120 м и скорости 16 уз. ударилась о склон
банки Хагуа. Был отработан риверс и произведено аварийное всплытие. После всплытия АПЛ плотно села на тот же риф. Самим сняться не удалось, буксир СБ-11 также не смог оказать помощь - только порвал несколько концов.
Однако через некоторое время после прилива ПЛ сама сошла с рифа. После осмотра на Кубе выяснилось, что была разбита антенна акустической станции, крышки торпедных аппаратов левого борта, трубы ТА вместе с находящимися
в них торпедами были погнуты. Прочный корпус остался герметичным. На Кубу ПЛ посетил командующий Революционным ВМФ Республики Куба команданте Альфо Сантамария Куадрадо, о чём была сделана памятная запись в историческом
журнале ПЛ. Возвращалась на базу в надводном положении, но в районе Испании попала в сильный шторм и командир принял решение остальной путь проделать в подводном положении. В базе из погнутых ТА были вырезаны головки торпед;
1973 год 23 октября - 1974 год
Находилась в аварийном ремонте на СРЗ "Звездочка" (г.Северодвинск). Ответственный сдатчик - Куликов Н.А.;
1975 год 13 февраля - 2 мая
Выполнила задачи автономной БС (командир - Лактионов Г.Н.) в Средиземном море. Принимала участие в учениях "Океан-75", "Север" и "Океанская охота";
1975 год 14 декабря - 1976 год 21 февраля
Выполнила задачи автономной БС (командир - Семёнов И.А.);
1977 год
Произведена перезарядка активных зон реакторов;
1971 год - 1978 год
Провела на БС общей продолжительностью 550 суток;
1978 год 20 июня - 26 августа
Выполнила задачи автономной БС (командир - Герман А.М.). При возвращении с БС 08.08 во время вывода из действия ГЭУ ЛБ произошло засоление питательной воды обоих бортов и срабатывание аварийной защиты реактора ЛБ. ГЭУ ЛБ
была выведена из строя и введена в действие только 12.08. В результате работы ГЭУ ПБ в течение 5 суток при повышенном солесодержании питательной воды 13.08 турбина
ПБ, а 17.08 и турбина ЛБ были выведены из строя. ПЛ всплыла в надводное положение и на буксире СС "Памир" отбуксирована в базу. Буксировка осуществлялась с помощью
захватов, заведенных за носовые штоки ШУ-200 (штоки ШУ-200 предназначаются для крепления судоподъемных понтонов);
1981 год февраль - 1985 год декабрь
Проходила средний ремонт, модернизацию по проекту 675МКВ
на СРЗ "Звездочка" (г.Северодвинск) и испытания ракет П-1000 "Вулкан";
1984 год июль - 1985 год июнь
В Белом море с ПЛ было произведено 18 одиночных и залповых пусков, из которых полностью удачными было 10. За освоение новой техники 25 членов экипажа были награждены Правительственными наградами;
1985 год 23 декабря
После прибытия в губу Ара (Видяево, Мурманская область) зачислена в состав 50-й ДиПЛ 9-й ЭскПЛ КСФ;
1986 год 10 ноября - 1987 год 10 января
1987 год 21 ноября - 1988 год 21 января
Выполнила задачи автономной БС (командир - Лобанов С.А.);
1988 год 1 июля - 4 сентября
Выполнила задачи автономной БС (командир - Лобанов С.А.);
1990 год март
По состоянию корпуса, систем и устройств признана не соответствующей силам постоянной готовности;
1992 год 3 июля (7 июля?)
Выведена из боевого состава ВМФ (на основании ДГШ ВМФ №730.1.0523 от 03.06.1992). Оставлена для хранения на плаву в пункте временного хранения губа Ара (Видяево, Мурманская область);
1992 год 30 декабря
Переформирована в состав 346-го ДнПЛ выведенных из боевого состава с прежним местом хранения;
2007 год
Продолжала храниться на плаву в пункте временного хранения губа Ара (Видяево, Мурманская область);
2007 год 16 - 17 октября
Отбуксирована в бухту Кут на ФГУП СРЗ "Нерпа" (Снежногорск, Мурманская область) для последующей утилизации;
2010 год
Утилизация завершена. Сформирован реакторный блок и в дальнейшем переведен для временного хранения на плаву в ПДХ "Сайда".
Всего с момента постройки "К-1"
прошла 317040 миль за 32562 ходовых часа и выполнила задачи 16 боевых служб в различных районах Мирового океана.